Gennady Neyman

разговаривать: впереди девять месяцев жизни “в коллективе”, девять месяцев бессмысленной болтовни, ссор, признаний, споров, отвратительных скандалов. Наверняка - драк и унижений от студентов других факультетов. Двадцать шесть слизеринцев против всего мира. А во главе этого мира – Поттер. Которому теперь – после окончательного уничтожения Волдеморта – можно все. Даже присутствовать на допросах. Даже назначать Малфою встречи в меблированных комнатах дешевой гостиницы.

Поттер садится на корточки рядом с Драко и, ухватив его за подбородок, поворачивает бледное лицо слизеринца к себе.

- Малфой? – голос звучит властно, словно Поттер считает себя вправе разговаривать таким тоном.

Палочка сама прыгает в пальцы из рукава, и кончик ее упирается в плохо выбритый кадык гриффиндорца.

- Как ты считаешь, Поттер, - Малфой говорит тихо, делая большие паузы между словами. – Если я сейчас прибью тебя Авадой, обо мне напишут в учебнике по истории магии? Пожалуй, я обрету славу Герострата, Поттер. Бессмертия ведь тебе не предсказывали?

Кадык судорожно дергается, и Драко убирает палочку в рукав. Он хочет убить Поттера, но не хочет умирать сам. У Драко есть невеста, и, наверное, она будет плакать, если жениха отправят к дементорам. У Поттера тоже есть невеста – рыжая Джинни Уизли – и она где-то в поезде. Джинни Уизли убьет Драко раньше, чем его арестуют за убийство. Говорят, она очень любит Поттера.

Малфой опять закуривает. Сизый дымок поднимается вверх, его пронзают солнечные лучи, это почти красиво. Напоминает свет из-за туч перед грозой. А гроза будет, в этом Драко не сомневается.

Поттер уходит молча, не делая больше попыток заговорить, и Малфой почти благодарен ему.

На этот раз на платформе студентов ожидают ландо. Драко впервые видит тестралов, костлявые изнуренные существа вызывают в нем жалость. Он подходит к ландо, где уже сидят слизеринцы, и гладит страшную морду зверя. У тестрала слезятся глаза, и Драко думает, что он оплакивает кого-то.

Стол Слизерина в Большом зале самый тихий и малочисленный. Шляпа распределяет первокурсников – Гриффиндор, Гриффиндор, Гриффиндор… Все хотят в Гриффиндор, теперь это самый популярный факультет в Хогвартсе. Кто-то попадает в Хаффлпафф, еще кто-то – в Рейвенкло. В Слизерине новеньких нет, и Драко с грустью представляет себе пустующие столы своего Дома на многие годы вперед.

Декана в Слизерине тоже нет – за порядком в змеином Доме теперь будут следить преподаватели других факультетов.

- В этом году нас по баллам даже Хаффлпафф обгонит, - с горечью говорит Панси, и Драко с ней согласен.

На столах появляется еда, в кувшинах – сок, но Малфой не хочет есть. Он мечтает добраться до спальни и лечь. Может быть, покурить и выпить немного вина. Вяло копаясь в тарелке, куда Панси положила все, до чего смогла дотянуться, Драко поднимает голову и наталкивается на взгляд Поттера.

Гриффиндорец окружен сокурсниками, к нему тянутся похлопать по плечу или по спине, заговорить, просто прикоснуться, и Малфой неожиданно остро начинает ощущать свое одиночество.

В гостиной вещи брошены на пол одной неопрятной грудой. Эльфы не хотят ничего делать для слизеринцев.

Пока остальные ищут свои сумки и чемоданы, Драко садится на низкий диванчик и закрывает глаза. Он очень устал. И его все время не отпускает чувство, что вот сейчас откроется дверь, и войдет профессор Снейп.