Gennady Neyman

10pt">Когда дверь действительно открывается, Драко с трудом удается подавить испуганный вскрик. Но это всего лишь профессор МакГонагалл.

- Паркинсон! – голос у нового директора Хогвартса резкий, как удар хлыста. – Возьмите расписание занятий на неделю для всех курсов.

МакГонагалл обводит взглядом беспорядок, царящий в гостиной факультета, и презрительно добавляет:

- Пятьдесят баллов со Слизерина за бардак в первый учебный день.

Драко прячет в карманах сжатые кулаки. Похоже, этот год факультет закончит с рекордно отрицательной суммой баллов. Он видит, как дрожит листок с расписанием в руках у Панси. И голос тоже дрожит, когда девушка зачитывает студентам расписание на завтра. Прямо с утра – Новейшая история магии, сдвоенное занятие с Рейвенкло. Затем – Гербология с Хаффлпафом. После чего три часа Нумерологии с Гриффиндором.

Драко кусает губы. У всего Слизерина сдвоенные занятия с другими факультетами – слизеринцев слишком мало, чтобы выделять для трех-четырех человек с каждого курса отдельные часы.

До отбоя еще есть время, и Драко выходит из замка. Около теплиц никого нет, и достаточно темно, чтобы без помех выпить банку сливочного пива и выкурить пару сигарет. Впрочем, даже если Драко увидят, это мало что изменит в ситуации – Кубок в этом году Слизерин в любом случае не получит.

Малфой возвращается в гостиную за пять минут до отбоя, но никто из слизеринцев спать, похоже, не собирается. К нему кидается Панси.

- Драко, ты должен мне помочь. Младших нельзя оставлять одних, их затравят, мы должны оказать им поддержку и защиту.

- Зачем? – равнодушно спрашивает Малфой. – Пусть учатся отвечать за себя сами.

- Тебе все равно? – пораженно говорит Панси и неверяще оглядывается на остальных. – Малфой, тебе все равно?

- Мне все равно, - подтверждает Драко и идет к себе

- Дрянь, ничтожество, - гневно говорит ему в спину Миллисента, но ее слова отскакивают от прямой спины Малфоя, как камешки от стенки.

В спальне из четырех кроватей заняты только две. Драко ложится в одежде на постель и закидывает ноги на спинку.

Через какое-то время дверь открывается, и в комнату заходит Блейз.

- Не спишь, Малфой? – Забини щелкает зажигалкой. – Ты прав, я думаю. Каждый сам за себя, закон выживания. Но девчонки в бешенстве.

“Я не прав, - думает Драко. – Но я просто не хочу никуда лезть. Я банально боюсь гриффиндорцев, и ничего с этим уже не сделаешь. Я боюсь Поттера и его притязаний. А они будут, не сомневаюсь. Он весь праздничный ужин не отводил от меня взгляда”.

- Хочешь? – Блейз присаживается на край кровати Драко и показывает ему крохотный фиал с чем-то белым. – Никаких проблем, никаких тревог, чистая радость жизни.

У Драко сотня проблем и тысяча тревог, он вытряхивает на ноготь несколько кристалликов, похожих на ванильный порошок и вдыхает их, закрыв глаза.

Тело вспыхивает огнем, в голове становится пусто и ясно. Действительно, никаких тревог – Драко смеется, чувствуя, как по горящей коже скользят прохладные ладони, избавляя его от тесной одежды. Он выгибается от желания, и впервые за много месяцев ржавая вода расступается, оставляя Драко на сухом берегу.