Gennady Neyman

такое же изящное строение, да и на метле он сидит не слишком уверенно для квиддича. Значит, смотреть надо кого-то из младших. Лучше всего посоветоваться с Урхартом. Может быть, среди пятикурсников найдется пара-тройка достаточно сильных ребят.

Драко твердо намерен просить отца финансировать факультетскую команду. Квиддич слишком престижен, чтобы отказаться от возможности участвовать в соревнованиях, вот только Малфою в команде больше нет места.

Около теплиц Поттер обнимается с младшей Уизли. Драко передергивает. Он искренне не понимает, что можно найти в рыжей мускулистой девице с замашками будущей аврорши. Драко ценит совсем иную красоту – хрупкую и утонченную. Он вспоминает Асторию Гринграсс, с которой познакомился летом и которую отец прочит ему в жены. У Астории такая тонкая талия, что ее можно охватить двумя ладонями, голубые глаза и небольшая аккуратная грудь. Она совсем не похожа на свою сестру Дафну. Астория умеет прекрасно танцевать и хорошо воспитана. Она говорит, слегка грассируя и томно растягивая слова – почти как сам Драко. Девушка нравится Нарциссе и Люциусу, а Драко все равно – он не верит в любовь. Для него любовь – это жадные руки декана и боль пополам с унижением. Другой он не знает и не уверен, что хочет узнать.

После обеда Малфой отправляется в библиотеку. Ему нужно написать реферат по вампирам, и Драко не хочет откладывать задание на пятницу. В библиотеке пусто и пыльно, миссис Пинс смотрит на слизеринца с неудовольствием и поджимает губы.

Малфой идет к полкам и долго перебирает старинные фолианты. Он просто ищет тишины и одиночества – за три дня в общей гостиной факультета Драко устал от чужого общества. Эта история повторяется каждый сентябрь – сложно отвыкнуть от покоя Малфой-мэнора и погрузиться с головой в шум и гам общежития.

За спиной Драко слышен шорох, слизеринец не успевает обернуться и оказывается прижат к полкам чьим-то телом. Запястья плотно схвачены смуглыми поцарапанными пальцами с неровно обстриженными ногтями. Эти руки Драко узнал бы и через двадцать лет.

- И что ты будешь делать без своих телохранителей, Малфой? – насмешливый шепот обжигает ухо, а воспоминание о погибшем Винсенте отзывается привычной болью в груди.

- Тебе Уизли не дает, Поттер? – негромко огрызается Драко, пытаясь отпихнуть от себя гриффиндорца. – Или ее брат?

Поттер сдержанно рычит и вжимает Малфоя в полки так, что у того перехватывает дыхание от боли.

- Я все еще молчу, - гриффиндорец тяжело дышит в затылок Драко. – Но долго я молчать не собираюсь.

- Хочешь опорочить героя войны, Поттер? – Малфой через силу усмехается. – После того, как сам же кричал о его героизме?

Гриффиндорец, наконец, отпускает его руки, и Драко может повернуться лицом к врагу. Он тут же понимает свою ошибку – теперь Поттер так близко, что Малфой поневоле розовеет от смущения.

- Что у тебя с Забини? – вдруг хрипло спрашивает Гарри. – Или ты просто дешевая потаскушка, Малфой?

Драко чувствует, как скулы обжигает огнем, и отталкивает от себя Поттера так, что тот теряет равновесие и вынужден ухватиться за шкаф, чтобы не упасть.

- Потаскушек ищи на своем факультете, - сквозь зубы говорит Драко. – С одной из них ты сегодня уже обжимался.

Он поздно понимает, что Поттеру нужен повод для драки, - только когда жесткий кулак врезается в солнечное сплетение, и Драко падает на колени, хватая ртом загустевший воздух.