Gennady Neyman

присоединился бы к приятелю. Но не сейчас. Не сейчас.

Поттеру невыносимо слышать, как обсуждают Драко. Все – начиная от внешности и заканчивая манерой говорить и двигаться. Да, худой. Да, манерный. Да, не по-мужски гибкий и изящный. Но любимый, желанный, необходимый до звона в ушах и шума в голове, до черных пятен перед глазами.

Не выдержав, Поттер встает и выходит из спальни. Разговор за его спиной немедленно смолкает.

- Я же говорил, - мрачно выдыхает Рон.

Симус чешет в затылке, а Невилл задумчиво катает в руке китайские шарики.

- И что делать будем? – спрашивает он, разжимая пальцы.

Сверкнув, шарики падают на пол и с нежным звоном раскатываются в стороны.

Драко сам не знает, зачем отпросился у МакГонагалл домой. Разрешение директор дала сразу, даже предложила воспользоваться камином, но шагнув в пустую гостиную, Малфой понимает, что совершил ошибку.

Родной дом встречает его оглушительной тишиной. Впрочем, в замке никогда не было шумно, три человека и два десятка эльфов просто не могли наполнить его звуками. Но сегодняшнее безмолвие совсем иное – сон дома, навсегда оставленного хозяевами. Драко идет по коридорам, в которых при его приближении вспыхивают магические свечи – и гаснут, стоит ему отойти на десяток шагов.

В спальне Нарциссы на кровати лежит небрежно сброшенный пеньюар, пара мягких тапочек с пушистыми помпонами валяется у кресла, пахнет духами. Раскрытая книга на столике, поздние астры в вазе.

Все выглядит так, словно хозяйка этой комнаты собралась и куда-то уехала, но скоро вернется.

Драко садится на постель, берет в руки пеньюар. Нежная ткань скользит в пальцах, стекая на пол мягкой бирюзовой волной.

В этом доме еще долго не будет хозяйки. До тех пор, пока Драко не перенесет на руках через порог свою невесту. Она будет носить шелковые блестящие халаты в восточном стиле, заменит лохматые астры в вазе на строгие пики гладиолусов, мягкие тапочки – на остроносые шлепанцы с небольшим звонким каблучком. Горьковатый запах сандала уступит сладкому запаху ландышей, а пастельные цвета спальни – золотому и розовому. И вместо колдографии маленького Драко на туалете, заставленном фиалами разных форм, появится свадебная колдография в серебряной рамке.

Бесшумное появление домашнего эльфа заставляет Драко вздрогнуть.

- Хозяин?

- Почему не встретили? – сухо спрашивает Малфой.

- Хозяйка Нарцисса потребовала составить полную опись имущества и представить вам, сэр, - эльф покаянно опускает уши. – Мы немного не успели.

- Обед подай в столовую через полчаса, - Драко вдруг обжигает мысль, что теперь он может обедать даже в спальне, - осуждать его некому. – И чтобы все как положено.

- Да, сэр, - эльф исчезает.

Встав с кровати, Малфой подходит к окну. Облетевший парк печален, как всегда в это время года, но почему-то на этот раз от вида голых деревьев и почерневших газонов у Драко щемит сердце. Теперь он единственный хозяин Малфой-мэнора. Он может делать здесь все, что пожелает, но именно сейчас Драко хочет, чтобы все шло по заведенному раз и навсегда порядку. Так, как