Gennady Neyman

10pt"> 

Филин отправляется в имение Гринграссов с подарком и письмом для Астории, а Малфой спускается в библиотеку. Ему совершенно нечем себя занять. В Хогвартсе казалось, что домой попасть просто необходимо, именно сегодня, но на месте выяснилось, что делать здесь нечего. Все указания домовикам перед отъездом дала Нарцисса – как вести дом и имение в отсутствие хозяина, сколько галлеонов в месяц тратить на питание. Да эльфы и сами это знают – не в первый раз они остаются одни. Тут Драко скорее навредит, если попробует что-то изменить. На всякий случай он выясняет, откуда эльфы берут деньги, ведь ячейки Малфоев в Гринготтс опустошены. Оказывается, для подобных расходов существует сейф в отцовском кабинете. Тедди - ответственный за бухгалтерию имения эльф – сообщал хозяевам, когда там оставалось меньше полутора тысяч галлеонов, и Люциус немедленно восполнял недостаток.

Сейчас в сейфе около десяти тысяч, по словам Тедди, этого хватит до весны. Основные расходы в отсутствие хозяев – уход за конюшней и лошадьми, самим эльфам требуется немного.

Драко зажмуривается. Десять тысяч. Это на полгода, пока в имении никого нет. Сколько же стоят балы, приемы, званые обеды…

Подозвав к себе пергамент и перо, он начинает длинное письмо к родителям. Отец непременно сообщит, где они теперь живут, – Драко думает, что это Пуатье, там у Малфоев дом в Старом городе, – и можно будет отправить филина.

В окно кто-то стучится, эльф приоткрывает створки и впускает в библиотеку встрепанную ушастую сову. Драко угощает ее печеньем и снимает с лапки свиток.

Путаная, заляпанная чернилами записка от Поттера, где все вперемешку: признания в любви, беспокойство, воспоминания о том, что случилось утром.

Малфой улыбается. Можно подумать, они расстались не несколько часов назад, а недели. Он краснеет, читая кривые торопливые строчки, кусает губы и тяжело дышит, чувствуя, как подступает возбуждение. Вот если бы Поттер мог оказаться здесь, где не придется вздрагивать от каждого шороха за дверью. Где в их распоряжении будет целая ночь.

Драко кидает взгляд на часы. Двенадцать. Слишком поздно, чтобы звать Поттера в Малфой-мэнор. Пока сова доберется до Хогвартса, пока Гарри добежит подземным ходом до Хогсмида… Досадуя на собственную недогадливость – ведь можно было договориться с Поттером еще в школе, гриффиндорцу не впервой нарушать правила – Драко поднимается в спальню. Директор МакГонагалл сказала, что откроет для него камин в кабинете с семи до половины восьмого утра. Значит, пора ложиться спать.

Отдав эльфу распоряжения по поводу завтрака и времени, когда надо разбудить Драко, Малфой раздевается, ныряет под одеяло и первым делом стягивает с себя трусы. Он один в имении, но все равно стесняется мастурбировать дома в открытую. Криво усмехнувшись по поводу своих комплексов, Драко кладет руку между бедер. Он даже не старается представить себе Асторию или какую-то другую девушку. В его мыслях только Поттер – с золотым колечком в соске и стекающей по коже капелькой крови, которую Драко обязательно слижет.

На завтрак в Большой зал Малфой не идет – он позавтракал дома – а направляется в подземелья. На сегодня ему уроков не отменяли, да и в любом случае пропущенный день придется нагонять – ЖАБА есть ЖАБА.

У портрета, закрывающего вход в гостиную Слизерина, Драко перехватывает Поттер под мантией-невидимкой. Но Малфой уже привык и не вздрагивает от неожиданности, когда из пустоты к нему протягиваются две жадные руки.

- Я ужасно скучал, - сообщает гриффиндорец, прижимая Драко к себе.

- Слушай, ты, экстремал, тебя когда-нибудь тут застукают, и мало не покажется.

Малфой делает вид, что